?

Log in

No account? Create an account

Философское сообщество ЖЖ

Entries by category: происшествия

Лингвистическая катастрофа. Представление и обсуждение книги. С.-Петербург 2013
arkdv


Книжная лавка "Порядок слов"
Встреча посвящена памяти поэта и философа Г.Дашевского
Участники А.Магун, А.Родин, И.Кравцова и др.
ISBN 978-5-89059-199-9
Издательство Ивана Лимбаха, 2013

Редактор И. Г. Кравцова
Корректор Л. А. Самойлова
Компьютерная верстка Н. Ю. Травкин
Н. А. Теплов, дизайн обложки, 2013
Издательство Ивана Лимбаха, 2013
Переплет, стр. 504

Что делает язык с человеком? В какие смертельные приключения он его ввергает? Что в ответ делает человек с языком, а значит с самим собой и другими, чтобы скрыться от тревог? Как устроен язык, что жизнь с ним не столь уютна, как того хотелось бы человеку? Каковы взаимоотношения между речью и тем, что мы обычно называем сознанием и бессознательным? Почему тексты о происхождении мира, потерянном рае, любви, смерти, страдании, одиночестве, ностальгии бесконечно и исступленно повторяются?
На эти вопросы пытается дать ответ автор «Лингвистической катастрофы».
Книга предназначена для всех, кто интересуется проблемами человеческого существования, культуры, философии, религии, языкознания, науки и истории.


"Книга Михаила Аркадьева — захватывающий и отрезвляющий научно-философский триллер. Меня, как бывшего лингвиста и неизменного носителя языка, она заинтриговала своим основным мессаджем: язык наш — враг наш. Агрессией и тоталитаризмом чревата, как показывает автор, не животная, а именно культурная, сознательная, рефлексивная, членораздельно мыслящая и говорящая — «антиприродная» — природа человека."
Александр Жолковский

"Книга Михаила Аркадьева вносит большой вклад в ту область знания, которую можно назвать хоррорологией. Это теневая наука о цивилизации и языке, об их саморазрушительных механизмах и катастрофах: минус-культурология, минус-политология, минус-лингвистика. Все, что другие науки изучают как позитивные свойства и структурные признаки цивилизации, хоррорология изучает как растущую возможность ее самодеструкции."
Михаил Эпштейн

Уловка Кастанеды и проблема внутренней речи
arkdv
Фундаментальная ошибка (или, скорее, уловка) Кастанеды, касающаяся концепции остановки "внутреннего диалога" обнаруживается при анализе проблемы внутренней речи.

Одной из форм борьбы с внутренним диалогом, с языковой деятельностью (последняя дана нам буквально «по умолчанию», в форме языковой памяти, речевого автоматизма и внутренней речи), то есть с фундаментальным сознанием как разрывной структурой, структурой осознания смерти, являются медитативные практики, практики высокого безмолвия, произвольной афазии, распространенные в разных культурных традициях. Эти практики парадоксально совмещают в себе напряжение и мастерство «трезвения» с предельными формами анестезии. К ним относятся и практики восточных единоборств, и православный исихазм[1], и опыт молчания Мейстера Экхарта, и буддийская медитация:

«Форма есть пустота, пустота и есть форма. Нет формы помимо пустоты, нет пустоты помимо формы. Так же и чувства, различающие мысли, энергии и сознание пусты (…) О, Шарипутра! Поэтому в пустоте нет формы, нет чувства, нет различающей мысли, нет энергии, нет сознания, нет глаз, нет уха, нет носа, нет языка, нет тела, нет видимого, нет звука, нет запаха, нет вкуса...»

и суфийская мистика, и коаны дзен.

В этих предельных медитативных формах обнаруживается фундаментальная граница. Практики молчания исходят из неявного (чаще) или явного (реже) теоретического предположения о глубинной и абсолютной «пустоте», «чистоте», «невербальности», «непрерывности» природы и сознания, которые отождествляются, совпадают с «чистой» сущностью космоса, «пустой» сущностью Будды, или (в более усложненной форме) в иудейско-христианской мистической традиции — Б-га-творца и Христа.

В древнем медитативном праксисе, в техниках высокого молчания теоретически (даже если эта теория латентная) предполагается, что человек и мир, человек и Б-г через очищение–уничтожение речи как «незнания» или греха как порочной сети альтернатив и двойственных противопоставлений, в пределе соединяются в своей первичной бытийной пустоте, чистоте и единстве. Но человек (и человеческое сознание) не является такой потенциально пустой и чистой «единой сущностью», которую можно правильно освободить от внешних и внутренних загрязнений, используя или очищающие медитативные практики, или иудейские, христианские, исламские практики умной молитвы, или практики остановки внутреннего диалога дона Хуана (Кастанеда), или находящиеся в той же традиции новоевропейские философские техники типа гуссерлианской феноменологической и трансцендентальной редукции.

Речь, внутренний диалог, разрыв и сознание смерти не могут быть побеждены молчанием именно потому, что они всегда существует в человеке «по умолчанию» и всегда заполняют любую гипотетическую «пустоту». Провозгласить освобождение от внутреннего диалога легко, а освободиться от него можно только совершив самоубийство. «Тональ» дона Хуана непреодолим, а «нагуаль» всегда только красивая метафора самоубийства и смерти.

Человек обременен языком (внутренним диалогом) и сознанием потому, что язык существует в виде «внутренней речи/письма» (то есть глубоко в психике), и работа, «бурление», «магма»языка (даже когда человек говорит и тематически мыслит) НЕЗАМЕТНА И НЕ ДАНА В ИНТРОСПЕКЦИИ для него самого. Именно поэтому высокое молчание или медитация любого типа и продолжительности не избавляет от глубинного слоя «внутренней речи/письма», не спасает от разрыва, внутреннего диалога и сознания смерти. Иллюзия, что разрыв, внутренний диалог, следовательно, сознание смерти, преодолимы в медитации и молчании, — одна из любимых, и возвышенных иллюзий человечества. И Кастанеда тут вовсе не исключение.


[1] «…мистик и святой VII в. преп. Исаак Сирин сказал, что молчание таинство будущего века. Исихазм <...> позволяет приобщиться таинству священнобезмолвия» (цит. по: http://hesychasm.ru/).

Экзистенциализм и кино. Ингмар Бергман. "Земляничная поляна" (1957).
lavrentevdv
Что открывает нам смерть? Вопреки общему интуитивному мнению, что здесь скорее происходит закрытие или прекращение всякого рода возможностей герой фильма «Земляничная поляна», престарелый доктор и в целом уважаемый всеми человек, открывает для себя новые перспективы перед лицом смерти. Прежде всего это отказ от всякого рода рациональных объяснений жизни, которыми мы злоупотребляем в течение жизни. Разум оказывается бессилен, когда подходишь к концу, и ты становишься открыт мистическому способу существования, ты становишься открыт Богу.

Итак, будущее становится более определенным благодаря некоторому откровению свыше, остается только взглянуть на прожитую жизнь под новым углом зрения. Но что может быть нового в том, что уже пережил? То, от чего ты старательно прятал от себя, самые болезненные вопросы, все ощущения боли, одиночества и унижения. Герой фильма заглядывает в собственное бессознательное в своих снах и заново проживает все переломные, тяжелые моменты жизни. Страх смерти открывает поток остальных бессознательных страхов и комлексов вины в целях их переосмысления и искупления.

Нужно констатировать, что мы как и наш герой, обращающий на данный факт особое внимание, умираем еще при жизни и здесь смерть нужно понимать в самом прямом смысле как омертвение души. Акты умретвления совершаются в двух направлениях: 1) по отношению к себе, когда мы делаем себе душевную анестезию (ампутацию души), старательно закрывая все жизненно важные ощущения на периферии сознания и живя усредненной жизнью; 2) по отношению к другим, выказывая равнодушие и тем самым удостоверяя собственную смерть перед ними.

И только, когда умираешь, заслуживаешь право на жизнь. И только будучи душевно мертвым, имеешь возможность начать жить. Если же не познал смерти, то жизнь останется сокрытой.

Смерть Сократа и мистика Судьбы
Пифагор
antonrai
Текст: «Со мною, о мужи судьи, случилось что-то удивительное. В самом деле, в течение всего прошлого времени обычный для меня вещий голос слышался мне постоянно и останавливал меня в самых неважных случаях, когда я намеревался сделать что-нибудь не так; а вот теперь, как вы сами видите, со мною случилось то, что может показаться величайшим из зол, по крайней мере так принято думать; тем не менее божественное знамение не остановило меня ни утром, когда я выходил из дому, ни в то время, когда я входил в суд, ни во время всей речи, что бы я ни хотел сказать. Ведь прежде-то, когда я что-нибудь говорил, оно нередко останавливало меня среди слова, а теперь во всем этом деле ни разу оно не удержало меня от какого-нибудь поступка, от какого-нибудь слова. Как же мне это понимать? А вот я вам скажу: похоже, в самом деле, что все это произошло к моему благу, и быть этого не может, чтобы мы правильно понимали дело, полагая, что смерть есть зло. Этому у меня теперь есть великое доказательство, потому что быть этого не может, чтобы не остановило меня обычное знамение, если бы то, что я намерен был сделать, не было благом». («Апология Сократа»).


Комментарий: Это и в самом деле удивительно – вся ситуация, связанная с судом над Сократом и его последующей смертью. Удивительно в плане того, что все сложилось каким-то именно таким образом, чтобы Сократ смог преподать наглядно-бессмертный урок, как именно философ должен встречать свою смерть. И особенно я бы отметил тут три момента.

Момент первый: возраст Сократа

Ко времени суда Сократу уже 70 лет, что позволяет ему не слишком цепляться за жизнь, о чем он прямо (и неоднократно) говорит. («Но ведь было бы нелепо, Критон, в мои годы роптать на то, что приходится умереть» («Критон)). С другой стороны, он может проявить мужество приятия смерти, ведь 70 лет, хотя и много, но и прожить он еще может все-таки немало, следовательно, ему все же есть о чем сожалеть. В общем, 70 лет, самый подходящий возраст. Сократ уже достаточно стар, чтобы не слишком сожалеть об утрате жизни, но еще и достаточно бодр, чтобы считаться по-настоящему живым.

Плюс дело еще и в том, чтоRead moreCollapse )

Воля к жизни и воля к смерти
lavrentevdv
Все явления, сообщения и люди должны быть поделены на два класса - те, которые повышают волю к жизни и те, которые повышают волю к смерти.

Если в семье мы говорим, что кто-то из нас плохой по характеру, то тем самым убиваем волю к жизни. То же самое происходит, когда критикуем учителей и учеников в образовательных учреждениях, а также полицию, здравоохранение и власть. Происходит тотальная демотивация себя и других. Это воля к смерти в чистом виде. Поэтому если кто-то подходит и демотивирует нас, то нужно по возможности устраниться физически или духовно. И не нужно смотреть новости ежедневно - это постоянный источник демотиваторов.

Стоит ли в таком случае окружить себя приятными событиями, новостями и людьми? Нет не стоит, тем более это и невозможно. Наоборот, следует стремиться к боли, страданию и смерти, но только в видоизмененном виде, а именно экзистенциальной форме. Например, это может быть экзистенциальное кино.

Экзистенциальное кино заставляет переживать пограничные ситуации, то есть болезни, смерти, унижения, психологические зависимости, тяжелые депрессивные утраты смысла. Подобного рода фильмы заставляют что-то менять в жизни, углубляют видение мира. Естественно, глубокие переживания должны провоцировать размышления о собственной жизни. Кино другого рода тяжелые переживания и мысли пытается заменить чем-то более легким (в целях бегства от тяжести бытия). Это может быть смех (комедия), животное чувство страха (ужас), нагнетание напряжения (триллер), наслаждение насилием (боевик) и так далее. Остается только один жанр - экзистенциальная драма. Все данные рассуждения применимы и к литературе.

Итак, вернемся к первоначальным мыслям. Страдание, боль, смерть только в том случае стоит впускать в наше сознание (если они сами не найдут наше сознание), когда есть уверенность, что это повышает волю к жизни.

Надеюсь данное сообщение повысит Вам, уважаемые участники сообщества, волю к жизни. И давайте делиться мотиваторами!

ФИЛОСОФИЯ ВРЕМЕНИ КАТАСТРОФ
Новая Русская Литература
strannik1990
Конец света

Сегодня люди живут не в ожидании светлого будущего, а в ожидании катастрофы. Уже давно замечено, что катастрофы и войны случаются по прошествии определённых временных циклов. Начало каждого века сопровождалось войнами. Недавно президент Украины П.Порошенко назвал ситуацию в стране «отечественной войной 2014 года», тем самым сравнив 1812, 1914 и 2014 годы.
Древние были убеждены в цикличности исторического развития. И в целом бытие рассматривалось как процесс циклический. Ожидания христианами «конца света» также были связаны с определёнными временными циклами.
О катастрофах и Конце Света недавно я слушал лекцию старшего научного сотрудника Института философии РАН Оксаны Тимофеевой (моим другом в Фейсбуке).



Читай и смотри далее - ВРЕМЯ КАТАСТРОФCollapse )

Mors immortalis
max_maevsky
   Господа, предлагаю немного расслабиться и поговорить о малофилософских пустяках. Таких как смерть, например.
   Осознание своей изначальной смертности является фундаментальным  психологическим порогом в нашем сознании. Миллионы лет эволюции не только людей, но и всего живого вообще, неразрывно связаны с феноменом смерти. Для нас вчерашних и нас сегодняшних жизнь без смерти немыслима. Это железобетонная догма нашего сознания. Мы не смеем, нам страшно идти против этой догмы. Смерть является одним из коренных параметров нашего коллективного сознания. Смерть сакральна, смерть – табу, зона запрета как для верующих, так и для тех, кто не верит вообще ни во что. «Все вообще конечно, все живое – смертно, все, имеющее начало, имеет и свой конец». Абсолютно глухая стена.
   Наша трезвая рациональная философская рефлексия полностью подтверждает справедливость этой психологической установки. Смерть в широчайшем смысле есть феномен жизни. Одна противоположность немыслима без другой. Отрицание жизни по существу содержится в самой жизни, жизнь всегда мыслится в соотношении со своим необходимым результатом - смертью. Такова диалектика природы, черт ее дери, такова сущность бытия и всякого конкретного существования. Мир говорит, например, у Монтеня: «вода, земля, воздух, огонь и другое, из чего сложено мое здание, суть в такой же мере орудия твоей жизни, как и орудия твоей смерти». Mors immortalis, говорили деконструируемые нашими небритыми постмодернистскими патологоанатомами, древние. Только смерть бессмертна. Но и она существует только до тех пор, пока существует жизнь. Вместе с последним живым умрет и она сама. Во вселенной останется ее более общий эквивалент – бесконечное разрушение и преобразование неорганических материальных структур. Смерть фундаментально встроена в структуру мира на биологическом уровне и является частным случаем более общего закона ограниченности и конечности всего существующего, вне зависимости от его онтологической специфики, или «способа существования».
  Возможно ли, оставаясь в границах рационального мышления, «теоретически» поколебать этот, казалось бы, непреложный и абсолютный статус смерти?

Статья


   Друзья, мной допущена небольшая тактическая ошибка. Прежде чем говорить о вышеупомянутых вещах, следовало бы сказать об этом. Надеюсь, мне как новичку в сообществе, простят нескромность дебюта двумя статейками подряд.

Страшное доказательство или зло как «якобы добро»
Гагарин
antonrai
Смотрю вчера вечером телевизор, а там как раз обсуждается недавнее страшное происшествие – стрельба в школе. И вот на экране появляется женщина – учитель литературы и русского языка Татьяна Бабкина – по ее рассказу оказывается, что поступок школьника-стрелка имеет «идейную» подоплеку. «- Мы с ним часто дискутировали на тему добра и зла - я учила детей милосердию, а он говорил, что его не существует. Когда я ему говорила, что добрых людей больше, он смеялся. И он мне вчера сказал: "Я хотел вам показать, что вы не правы". (ссылка: http://lifenews.ru/news/126591). И вот он пришел в школу и доказал. Но что он доказал и что он хотел доказать? Ведь слепому ясно - совершив злой поступок, невозможно доказать, что Добра не существует (и каким бы злым поступок ни был – это ничего не меняет). Однако, зло – это несомненно и есть определенного рода фатальная слепота. Read moreCollapse )

К ФИЛОСОФИИ БЕССМЕРТИЯ
Новая Русская Литература
strannik1990
Через 20-30 лет, как уверяют учёные, будет решена проблема бессмертия физического тела человека. Восстановление органов позволит существовать бесконечно долго, пока не наскучит. Но доступно это будет не всем. Да и плата за бессмертие может оказаться весьма неожиданной.
Недавно я участвовал в работе 1-й международной конференции «От смерти к Бессмертию, от нереального к Реальному». Поскольку я давно занимаюсь проблематикой смерти, мне было интересно узнать новые нетрадиционные взгляды на бессмертие. Учёные факультета психологии Санкт-Петербургского госуниверситета проводили анкетный опрос участников конференции. Я параллельно провёл свой небольшой опрос в форме интервью.



Читай и смотри далее – КАКОВА ПЛАТА ЗА БЕССМЕРТИЕCollapse )

Дискредитирует ли познание "субъективный доступ"
k_frumkin
Мне кажется что проблему корреляционизма ( старую как мир философскую проблему, еще раз прозвучавшую недавно благодаря выполненным Дмитрием Кралечкиным переводам работ Квентина Мейасу),  должна решаться не через опровержение или отрицание корреляционистских постулатов, а через их прояснение.
Суть корреляционизма в том, что "нет объектов, событий, законов, сущностей, которые не были бы всегда уже скоррелированы с точкой зрения, субъективным доступом", или если сказать по другому,  все что мы знаем - мы видим через "очки" нашего мышления, культуры, языка и когнитивного аппарата. Мне кажется, отрицать это невозможно, но "примириться" с этим следует, демонстрируя тот факт, что сам "когнитивный аппарат" нельзя считать трансцендентным по отношению к познаваемой реальности. Они во всем родственны между собой, когнитивный аппарат ("условия субъективного доступа") порождается миром, является его частью, и в силу этого нет аргументов, которые безусловно доказывали бы что само по себе наличие когнитивного аппарата дискредитирует процесс познания, что когнитивный аппарат является, скажем, источником неисправимых искажений, или, что скажем, наличие опосредующего когнитивного аппарата дискредитирует семантику высказываний, отсылающих за пределы когнитивного аппарата.
Если, допустим, все что мы можем сказать порождено нашим языком, это еще не значит, что язык врет и язык слеп по отношению к миру.
Если что-то и дискредитирует познание - то это только частичность ( даже ничтожность) человека по отношению к миру. Неопоставимость масштабов познающего и познаваемого - вот главная проблема субъективности и "субъективного доступа" к реальности.
А вот аргументация Мейасу, как мне кажется, не убедительна. Он апеллирует к высказываниям о "трансцендентных реальностях", выходящих  за пределами нашего существования -например, к высказываниям о смерти или о древних геологических эпохах. Но, признаемся, что человек все же имеет дело не с далекими реальностями, а со совими представлениями о них - и именно это порождает почву для таких культурных феноменов, как "отрицание холокоста" и "новая хронология". Если далекие эпохи отрицать - нет силы, кроме культурных сил, сил сложившихся представлений- которые могли бы их защитить.