Сто лет назад я обещала рассказать, чем же мы заменим субъект-объектное разделение. Полновесный научный текст про эту самую замену - сам диссер, а здесь будет краткое популярное изложение.

Итак. В первой части марлезонского балета мы увидели, что невозможно выдрать "объективное" - предмет (женскую грудь) или факт ("грудь имеет третий размер") из социальных конвенций, культурного контекста, языка и прочего человеческого. Куда ни кинь взгляд - везде человеческое. Даже сам взгляд - на чём мы остановим его, как подстроим яркость и контраст - определяется нашей культурой, концепциями и языком. Поэтому дети в этой картинке видят 9 дельфинов, а не то, что вы подумали.



Во второй части мы прошлись по последним данных наук о человеке и познании. И выяснили, что познание у нас - сложная, пронизанная связями, многоуровневая, укоренённая в теле и его окружении динамическая система, из которой нельзя вырвать ни культуру, ни язык, ни нейроны, ни даже молоток. Всё это настойчиво намекает на создание нового подхода к познанию и совершенно не вписывается и не впихивается в классическую модель субъект-объекта. Сложнее всё.

И на первый взгляд кажется, что порядка в этой сложной системе не найти. Но надо. Поэтому я предлагаю следующий вариант.

Итак, то, что раньше рассматривалось в терминах субъекта и объекта, мы возьмём и представим как отношение 3 частей: среды, языка и действия. Для простоты представим их таким вот треугольником:


Подождите ругаться, объяснить это потребует некоторого времени. И помните, что я не рассказываю, как всё есть на самом деле, а всего лишь предлагаю концепции - то есть иные линзы для наведения на мир. Данная схема - не откровение свыше, а просто удобный инструмент.

Сначала разберёмся, что же я понимаю под этими тремя словами.

Среда. Это понятие охватывает все уровни, которые вовлечены в действие. То есть всё то, что путало нам карты - культура, тело, окружение, всякие там социальные институты и инструменты, - всё мы пустим под одну гребёнку. Потому что это всё представляет собой среду для действия. Всё, кроме языка (о нём см. дальше).
Здесь я не делаю различения между материальным и ментальным: всё, над чем можно совершать действия, есть среда. Это могут быть реалии физического мира: камень, который я поднимаю, моё собственное тело, которое в этом участвует. Это могут быть и реалии социальные: отношения между людьми, власть, государство. Среда, как понятно из этих примеров, не однородна: в ней можно выделять разные структуры, уровни. Разные части окружения по-разному отвечают на наши действия. Некоторые более доступны и податливы (моё собственное тело), другие менее. Более того, нетрудно заметить, что любое действие совершается в среде и с её помощью. В случае с молотком одну часть среды мы используем как инструмент, другую - как место приложения инструмента (гвоздь или палец, как получится).

Действие. Это вообще самая важная часть предлагаемой системы, и одно из важнейших отличий от статичной схемы субъект-объект. Ну, мы помним, что познание обязательно включает действие. Даже в физике объекты реагируют по-разному в зависимости от того, что мы с ними сделаем. А уж тем более - люди. Пока действие не совершено, познание невозможно. Познание осуществляется только через действие (в т.ч. ментальное действие).

Действия сознательные, преднамеренные - как продвижение к власти, игра на скрипке - включают в себя действия непроизвольные, как дыхание. Преднамеренные действия всё равно задействуют структуры, над которыми мы не властны (сокращение отдельных волокон мускулов, нейронные импульсы и т.п.).

В действии психическое и физическое объединяются. Действие пронизывает воображаемые границы между «миром идей» и «миром вещей». В действии «взять яблоко» задействуются самые разные стороны среды – от нейронов моего мозга, где вдруг созрела идея "взять яблоко" до молекул яблока.

При помощи действия мы расширяем, изменяем и управляем нашей средой. Разным частям среды соответствуют разные действия. Палитра действий, которые реализует человек, формирует его окружение. Если ваша жизнь состоит из пути в метро на работу, похода по магазинам и дороги домой, то ваша среда будет сформирована именно этими действиями. А ночных клубое, притонов и дворцов в ней не будет. Если вы используете собак только для клинических испытаний ядов, вы никогда не узнаете об их верности, о том, как они играют с детьми и охраняют дом. При помощи действий мы выделяем разные структуры, объекты и их части в мире: например, нащупываем самый мягкий персик в куче фруктов или определяем границы поля. По сути, объекты (их границы, свойства, структура) не определены, пока мы не начали действовать.

Так, например, над одним и тем же яблоком вирусолог и обычный человек будут совершать разные действия. Вирусолог будет оперировать «вирусом, который поразил яблоко», обычный человек – просто яблоком, которое можно съесть. Вирусы поражали яблоки тысячелетиями. И только совершив ряд действий над яблоками, люди стали способны выделять вирус, как отдельный объект, и совершать над яблоками действия, направленные на вирус. Большинство из нас, впрочем, ест яблоки так, как будто вирусов в них и не бывает никаких, а только червяки.

Язык. Под языком я понимаю семантические структуры, которые могут привязывать действие к определённому знаку. Я утверждаю, что язык связан с реальностью через действие человека. Язык ничего не «отражает», не «репрезентирует» и не «содержит». Язык функционирует, как система ссылок на разные действия. При этом в отсутствие деятеля, который способен воспринимать эти ссылки и действовать в согласии с ними, язык мёртв.

В связи с действием у языка две функции: направлять внимание и побуждать к действию. По сути, язык "вписан" и в наше тело (когда мы вздрагиваем, только услышав какое-то имя), и в наше окружение. Язык позволяет нам запоминать и легко вызывать выученные действия, а также "считывать" с окружающего мира требуемые действия.

Посмотрите наверх. Что вы видите? Большинство видят потолок. Но почему потолок, а не множество точек разной окрашенности? Или, например, цветовое пятно? Или, например, крошечную оставленную мухой точку? Ответ прост: наш язык заставляет нас видеть именно так, сразу очерчивая границы потолка, невзирая на неровности окраски и засиженность мухами. Он также "упаковывает" действия и фокус внимания таким образом, чтобы каждый "распаковал" всё в соответствии со своей средой и возможностями действия.

С помощью языка возможно, перенаправляя внимание человека, несколько изменить окружение, как оно представляется. Когда рассказчик вводит слушателя в курс дела, он тем самым меняет окружение, заставляя человека соотноситься с миром по-новому, фокусировать внимание на новых объектах, действовать иначе.

Внимание, важный момент! Вот эта концептуальная схема, которую я тут треугольничком изобразила, представляет индивидуалистическую точку зрения, т.е. её нужно применять с позиции конкретного индивида. Хотя социум, культура и т.п. - интерсубъективны (межличностны), всё равно они состоят из отдельных людей, которые своими действиями осуществляют индивидуальное познание. Поэтому, например, в одних частях общества познали Бога и бурно это обсуждают, а другие такого опыта не имеют - им просто недоступны соответствующие действия, и в их среде никакого Бога нет.

Что нам даёт такая схема?
Во-первых, добавлена динамика (без действия мы не можем узнать ничего), во-вторых - нет никакого непреодолимого разделения между человеком и миром, как в статической субъект-объектной схеме. Человек есть часть мира, и познание возможно именно благодаря этой укоренённости в мире. В-третьих, снимается вопрос "как же оно всё на самом деле?" вместе с задачей построить одно единственно верное описание мира. Снимается, потому что познавательные действия совершаются множеством отдельных индивидов, находящихся в разной среде. Все ограничения индивида выливаются в ограниченность познания. А ограничений у нас ого-го сколько: и продолжительность жизни, и возможности мозга, и ограниченность передвижения, и возможности органов чувств. Зато ограничения компенсируются возможностью совершать разные действия и целые сложные каскады действий над различными частями среды - от танцев до ковыряний в вирусах.

Мир при этом предстаёт не заданным набором вещей и их свойств в структурированном пространстве. Напротив, мир похож на океан, в котором куда ни забрось сеть – ты всегда сможешь извлечь что-то новое. Всегда можно совершить новое действие над любым предметом, добавить больше деталей к его описанию, выявить новые стороны, включить его в новые структуры, получив совершенно новые результаты.